Агентство ГРАД

Дилетантские рассуждения о деньгах

Дилетантские рассуждения о деньгах

В Стране Дураков есть волшебное поле, – называется Поле Чудес… На этом поле выкопай ямку, скажи три раза: "Крекс, фекс, пекс", положи в ямку золотой, засыпь землей, сверху посыпь солью, полей хорошенько и иди спать. Наутро из ямки вырастет небольшое деревце, на нем вместо листьев будут висеть золотые монеты. Понятно?

«Золотой ключик», Лиса Алиса.

Казалось бы, ну что можно сказать о деньгах? Все их знают,  используют каждый день, признают их величайшую значимость для каждого отдельного человека и для человечества в целом.

Трудовые иммигранты убеждают всех, и себя в первую очередь, что они поехали зарабатывать деньги. Вот и попробуем понять, за какими такими деньгами они приехали.

Деньги имеют смысл только в человеческом обществе. Общество же является системой. Системы бывают большие и маленькие. Процессы в них, в зависимости от размера, проходят по-разному и могут вести к разным результатам.

Размер системы важен, если в ней присутствуют живые существа, которые для поддержания своей жизнедеятельности должны постоянно потреблять ресурсы.

Пример маленькой системы с живым существом: аквариум с золотой рыбкой. Для рыбки это идеальный мир, абсолютно безопасный и комфортный, пока кто-то, находящийся вне пределов этой системы, систематически добавляет корм в виде сухих или живых рачков-дафний, чистит аквариум и доливает воду. Чего-то не хватает для полного счастья? Добавим в систему ещё одну золотую рыбку противоположного пола. Для рыбок наступила идиллия. Теперь убираем поступление еды извне. Через некоторое время рыбки ощущают, что в их благоустроенном мирке наступил кризис. Золотые рыбки, пометавшись в поисках еды, быстро припомнят своё рабоче-крестьянское происхождение (в конце концов, они просто-напросто сильно облагороженные длительной селекцией пресноводные всеядные караси), вспомнят, что вегетарианство высокоморально и полезно для здоровья, а к тому-же другой еды то и нет, и вынужденно начнут поедать водоросли, которые всегда присутствуют в любом аквариуме. Вот тут-то в полный рост и проявится фактор физического размера системы, аквариума. Если естественный прирост водорослей будет равен количеству съедаемых, или выше, продолжительность райской жизни рыбок будет ограничена только продолжительностью их жизни. Но если рыбки на радостях наметают икры, из которых вылупится молодое прожорливое потомство, процветанию системы придёт конец. В этом случае возможны только два варианта. Первый: все рыбки всех поколений дружно умирают от голода. Второй: рыбки резко меняют стереотип своего поведения, и активно разнообразят свой рацион рыбными блюдами. То есть начинают поедать собственную икру, мальков, более мелких родственников до тех пор, пока не наступит (если наступит) биологическое равновесие. 

J Анекдот в тему:

Две рыбы посреди аквариума разъяренно спорят о боге. Одна отлетает в сторону, и висит насупившись в углу. Вдруг, опять подлетает к первой и торжествующе:

– Ну, хорошо! Бога нет!!! А кто же тогда воду в аквариуме меняет?!

Другой пример влияния размера на функционирование замкнутой системы. Заяц в вольере. Когда кончится трава в вольере, заяц обречён на голодную смерть. Заяц на огороженном лугу достаточного размера может существовать сколь угодно долго, если трава отрастает быстрее, чем он в состоянии её съесть.

Усложним систему, добавим туда ещё один элемент – лису. В маленьком вольере лиса сразу съест зайца, а потом и сама погибнет от голода. На большом огороженном лугу несколько лис и несколько зайцев могут образовать устойчивую систему. Зайцы будут поедать траву, лисы ловить и есть зайцев. Верхнее звено, лисы, регулируют всю систему.

Действуют несколько взаимосвязанных процессов. Зайцы едят траву и размножаются. Чем больше зайцы размножаются, тем меньше остаётся травы на каждого зайца. Если процесс оставить, как он идёт, зайцы начнут умирать от голода, их количество будет уменьшаться.

Лисы ловят и едят зайцев. Тем самым регулируется количество зайцев и рост травы. Для зайцев, в принципе, мало что меняется. Всё равно их количество должно регулироваться. Или смерть от голода отдельной части, или гибель такой же части в лисьих зубах, но сытым. Что для зайца предпочтительнее – большой вопрос. А впрочем, мнение зайцев в этих случаях никого и никогда не волнует.

Зная теперь, что процессы в маленьких и больших системах протекают по-разному, попытаемся рассмотреть функционирование денег.

Начнём с маленьких систем.

В нормальной жизни: два индивида поменяли, например, яблоко на помидор, съели их, и никто никому ничего не должен. Ресурсы потреблены и всё, цикл закончился. Надо обоим идти, работать и выращивать помидоры и яблоки.

Теперь представим, что у одного из них есть монетка, ценность которой оба индивида признают, и признают это все остальные индивиды. Как эта монетка к нему попала, пока несущественно. Первый поменял у второго яблоко на монетку и съел яблоко. Второй на эту же монетку поменял у первого помидор и тоже съел его. Ситуация кажется идентичной предыдущей, однако появилось существенное отличие: у первого осталась монетка, у него появилась «покупательная способность». Саму по себе монетку съесть нельзя, но он теперь может купить у любого еду.

Добавим в систему ещё одну монетку. У каждого индивида есть по монетке. В этом случае монетки выполняют функцию упорядочивания обмена, не более того. Хочешь съесть яблоко, выращенное другим – поменяй его на монетку. Хочешь получить монетку, чтобы поменять на помидор у третьего лица – вырасти яблоко и поменяй его у второго на монету. Никаких чудес не происходит. В случае малой системы и конкретных ресурсов, которые можно потребить в процессах жизнедеятельности всё просто и ясно.

Самое главное свойство живого существа – потреблять ресурсы окружающей среды. Остановка этого потребления однозначно приводит к смерти организма. В случае человеческих, разумных существ, возникает явление упорядочивания потребления ресурсов, прямого и непрямого обмена ресурсами с введением инструмента для этого обмена – денег. И где-то на каком-то этапе многим, использующим деньги, начинает казаться, что деньги обладают некой сверхценностью с сакральным оттенком, поскольку, в отличие от простого товара, они обладают универсальностью, то есть способностью обмениваться на разные типы товаров, и могут сохраняться неограниченно долгое время не теряя своей стоимости. К тому-же, почти любой нормальный индивид попадается подсознательно в психологическую ловушку,  невольно подменяя понятия «любой» и «каждый». Например, у кого-то есть монета, на которую он может приобрести любой из товаров, доступных на рынке, например: яблоко, или помидор, или кусок мяса, или куртку, велосипед, телефон, да что угодно, но только в количестве одной штуки. Купив телефон, например, человек лишается возможности купить яблоко или шапку, и наоборот. Но до того момента, пока монетка не перешла в процессе купли-продажи в карман продавца, покупателю потенциально доступен любой товар. Соответственно, покупатель невольно представляет себя одновременно владельцем любого товара, всех, находящихся в продаже. То есть реальная покупательная способность денег у покупателя намного ниже его подсознательных представлений о ней. Потенциальная возможность получения некого ресурса для потребления оказывается важнее реального потребления реального ресурса.

J Анекдот в тему:

Разговаривают два приятеля.
– Эх, мне бы столько денег, чтобы купить реактивный самолёт!
– А зачем тебе самолёт?
– Да самолёт-то мне и даром не нужен, мне бы столько денег!

Поэтому каждому человеку понятна без дополнительных объяснений строка из куплетов Мефистофеля «люди гибнут за металл». Ведь имеет смысл гибнуть только за нечто, обладающее сверхценностью. Любой нормальный человек понимает, что глупо ведь гибнуть за яблоко, за помидор, за шапку, за мобильный телефон. А вот за великую идею, за свой народ, за веру, пожертвовать своей жизнью вполне допустимо. Даже в советские времена «битва за урожай» не подразумевала необходимости человеческих жертвоприношений, а вот «валютная» статья – предусматривала смертную казнь. Хотя с точки зрения здравого смысла своевременно собранный урожай для выживания и процветания народа и страны несоизмеримо важнее явления подпольной спекуляции заморскими банкнотами. А это означает, что даже в стране, где атеизм был частью официальной идеологии, операции с деньгами приравнивались к великим идеям, пусть даже и со знаком «минус». Валютные спекуляции не обожествлялись, а демонизировались, и тем самым официальная точка зрения компартии полностью совпадала с отнесением христианством «сребролюбия», любви к деньгам, к смертным грехам. Попытка любить неодушевлённые вещи противоестественна. Вообще, как известно из истории, во все времена все государства карали фальшивомонетчиков более жестоко, чем воров, грабителей, убийц, насильников. Право монопольно выпускать деньги во все времена ценилось всеми странами и правителями выше, чем жизнь, здоровье, достоинство и имущество своих подданных.

Сами по себе деньги являются только соглашением между людьми, договором о взаимном признании ценности предметов, назначенных на роль денег.

Есть объекты, обладающие абсолютной или относительной ценностью.

Абсолютная ценность у тех объектов, от которых зависит физиологическая выживаемость организма. Грубо говоря, это то, что можно съесть, одеть, использовать в качестве топлива, жилья, оружия для защиты или нападения, и чем можно приманить самку или самца для размножения.

Для иллюстрации абсолютной ценности объектов проведём для наглядности несложный мысленный эксперимент. Представим себе достаточно большой остров, не пригодный для туризма, с населением в несколько сотен тысяч человек, где нет развитой промышленности, и практически всё трудоспособное население занято в сельском хозяйстве. Климат на острове не ахти, почва плодородием не отличается, произведённой сельхозпродукции хватает только на обеспечение физиологических потребностей жителей. То есть, население острова полностью потребляет всё, что производит, излишков для торговли с другими странами у него нет. И вот на остров начинают поступать в немалых количествах, пачками, деньги в иностранной валюте отдельным жителям. Как это повлияет на жизнь острова в целом? Да никак. Получающие эти деньги люди однозначно не смогут позволить себе перестать работать и жить, покупая сельхозпродукцию на свалившиеся с неба деньги у других. Просто потому, что эти деньги никому на острове не нужны, их не на что поменять, на них нечего купить. Очевидно, что никто не продаст добровольно еду, которую он произвёл своими руками, и которой хватит только на поддержания жизни себя и своей семьи, в обмен на ровно нарезанную красивую цветную бумагу. Получить бумагу и умереть с голоду, вместе с семьёй? Вспомним бессмертную фразу из «Золотого ключика» Алексея Толстого: «ищи дурака за четыре сольди!». Эксперимент подтверждает постулат, сформулированный выше: деньги являются относительной, договорной ценностью. Они ценны только в такой ситуации, когда их можно поменять на жизненно важные ресурсы. Это только у Пушкина «Царь Кащей над златом чахнет», ну так Кащей по определению нежить, нечисть, ему жизнедеятельность поддерживать не нужно, он может позволить себе наслаждаться пересчитыванием и накоплением денег без цели дальнейшего их использования.

В то же самое время все объекты обладают и ценностью относительной. Люди в той или иной форме договариваются считать что-то более или менее ценным, часто без внятных логических объяснений. Что, например, трусы от Версаче в десять или сто раз ценнее, а значит и дороже, точно таких же трусов, пошитых из той же ткани на китайской текстильной фабрике имени Мао Цзедуна; что «Чёрный квадрат» Казимира Малевича является произведением искусства, а любые другие чёрные квадраты искусством не являются; что оригинал картины несравненно ценнее репродукции, хотя в трудные времена оба сгорают в печи с выделением равного количества тепловой энергии; или жёлтый плотный мягкий металл – золото – утилитарно пригодный только для изготовления ювелирных украшений или столовой посуды, обладает высочайшей ценностью, к тому-же меняющейся во времени по неизвестному основной массе людей закону.

Чаще всего деньги имеют материальные носители, например монеты, банкноты, слитки драгоценных металлов, но могут быть и просто соглашением между людьми или организациями. Например, один сосед вскопал другому огород. Второй сосед может пообещать первому часть урожая или в свою очередь помочь выкопать урожай, а может расплатиться монетой или банкнотой. И в первом, и во втором случае возникают договорные отношения и обязательства вознаградить произведённую работу. Но вот в первом случае, выполнивший работу может получить вознаграждение только от «работодателя», а во втором – от любого члена социума, обладающего товарами или услугами, которые могут быть представлены на рынке. То есть деньги более универсальны, чем просто договорные отношения.

Относительная ценность денег, признаваемая всеми членами социума, меняется во времени. Изменения могут быть как в положительную, так и в отрицательную сторону. Рассмотрим клад, зарытый богатым жителем в тяжёлый период и найденный при раскопках через многие столетия. В кладе могли быть:

– просто слитки золота, серебра, драгоценные камни, и тогда деньги, вообще-то, сохранили свою ценность. По рыночной цене драгоценных металлов или камней их можно продать. Никакой другой ценности, исторической или нумизматической найденный клад не представляет;

– золотые и серебряные монеты, которые ценны и по содержанию драгоценных металлов, и обладают нумизматической ценностью, которая может многократно превышать стоимость металла;

– бумажные и медные деньги, долговые расписки на папирусе или бересте, глиняных табличках, обладают исключительно нумизматической и исторической, археологической, музейной ценностью;

– связки истлевших собольих шкурок, мешки с ракушками, использовавшимися в качестве денег обладают лишь крайне ограниченной исторической, археологической ценностью;

– жёсткие диски компьютеров, которые работали в банках, и на которых хранились данные по расчётным счетам, была записана кредитная история клиентов, на которых находились огромные количества электронных, виртуальных денег, хоть бы даже и весь годовой бюджет крупного государства, могут представлять интерес только для историков и для музеев развития техники.

J Анекдот в тему:

Умерла пятисотевровая купюра и попала на тот свет. Стоит в очереди вместе с другими купюрами. Доходит до ворот в рай. А ей говорят: извини, мол, но тебе в ад. Пятисотевровая начинает громко возмущаться:
– Как это в ад?! Да вы знаете, кто я?! Да вы знаете, как люди радовались, когда я попадала к ним в руки?! Да я…
Её перебивает старенькая потрёпанная пятёрка:
– Доченька! А ты в церкви-то когда в последний раз была?.. Вот то-то же.

Значит, чтобы деньги стали считаться ценностью, необходим определённый избыток в системе некоторых ресурсов, которые при посредстве денег можно поменять на другие ресурсы.

В нормальном более или менее развитом обществе существует разделение труда. Это значит, что каждый производительный член общества производит какой-то ресурс в количестве, значительно превышающем его собственную потребность, но большинства остальных ресурсов, товаров или услуг, у него нет, и он вынужден обмениваться продуктами своего труда с другими членами общества. Для упорядочивания такого обмена служат «внутренние» деньги, местная валюта, существующая в какой-то общепринятой форме: в виде ракушек, или монет, банкнот, или виртуальных цифр в компьютере, или в другом виде. Тут всё ясно, логично и понятно.

Теперь вопрос: для чего в упорядоченной системе нужны «внешние» деньги, иностранная валюта, откуда она берётся и как работает?

Иностранная валюта может появиться в экономической системе любого государства только при обмене ресурсами или услугами между государствами, если эти ресурсы взаимно востребованы. Просто так появиться в операциях денежного обращения чужая валюта не может. Если она появилась, значит эквивалентные ресурсы или ценности покинули, или в ближайшее время покинут свою страну.

JАнекдот в тему:

Богатый турист, проезжая через городок, где почти все живут в долг, остановился около мотеля. Он зашел в мотель, положил перед владельцем 100-долларовую банкноту и сказал, что, возможно, остановится в мотеле, но сначала сходит и посмотрит, устраивают ли его условия проживания.
Турист поднялся на второй этаж, а владелец мотеля схватил банкноту и побежал к мяснику, чтобы вернуть ему долг.Мясник, как только взял деньги, сразу побежал вниз по улице к владельцу свинофермы и отдал ему банкноту в счет своего долга.
Фермер сразу же вернул долг поставщику продуктов.
Тот побежал в бордель, чтобы отдать долг одной из девушек, которая в такие трудные времена также вынуждена была предоставлять свои услуги в кредит.
Девушка побежала в мотель, чтобы заплатить долг по счету за пользование номерами.
Владелец отеля взял у нее банкноту и вновь положил ее на стойку.
Вскоре сверху спустился богатый турист, сказал, что комнаты ему не подходят, забрал свои сто долларов и уехал из города.
Таким образом богатый турист помог целому городу избавиться от долгов (не создавая при этом никаких новых благ, товаров или услуг), и теперь жители смотрят в будущее гораздо более оптимистично.

Деньги – это идея, совместный коллективный договор, когда все договариваются верить в одно и то же, в ценность какого-либо предмета. Дети, играющие с фантиками, договариваются между собой, что фантики обладают определённой ценностью, покупательной способностью. В их маленькой системе фантики выполняют нормальную функцию денег. Вы будете долго смеяться, но у взрослых всё то же самое. Например, все знают, что существуют валюты сильные и слабые, устойчивые и неустойчивые, свободно конвертируемые и не конвертируемые. На рынках стран бывшего СССР все спокойно могут оперировать такими известными валютами, как американский доллар или евро. Но если кто-то попробует расплатиться не менее устойчивыми, солидными и свободно конвертируемыми японскими иенами, канадскими или австралийскими долларами, швейцарскими франками, английскими фунтами, то его ждёт жестокое разочарование. Только в обменных пунктах, да и то далеко не во всех, у него эти деньги поменяют по грабительскому курсу на более привычную валюту, которую все окружающие и будут принимать к оплате. То есть дело не в реальных качествах валют, а в восприятии этих банкнот всеми членами данного конкретного общества.

J Анекдот в тему:

Решил еврей на халяву себе колодец в огороде выкопать. Пошел он к русскому и говорит:
— Слушай, мне недавно один цыган продал старую карту. На ней показано,   что у меня в огороде зарыт клад. Давай ты мне его откопаешь, а я тебе 30% отдам. А русский отвечает:
— Не верь ты этому цыгану. Он продал похожую карту одному хохлу, так я   ему целый колодец вырыл, а клад не нашел.

Страны, куда поступают деньги трудовых мигрантов. Что при этом происходит. Работник идёт в банк и протягивает в окошко несколько цветных бумажек, называемых банкнотами. Кассир принимает бумажки, нажимает на кнопки компьютера. За тридевять земель, в тридесятом государстве, на компьютере другого банка появляется информация, что необходимо выдать некоторое количество цветных бумажек человеку, назвавшему цифровой код и предъявившему паспорт. Сами по себе бумажки границу не пересекают и страну не покидают, просто передаётся информация в виде электронного цифрового сигнала, что кто-то там кому-то должен отдать. Получивший бумажки, признаваемыми всеми в тридесятом государстве в качестве платёжного средства, может сделать  только три операции:

– обменять их на товары и услуги;
– положить полученные деньги на свой расчётный счёт, чтобы использовать в дальнейшем;
– положить под матрас и хранить до лучших времён, или до наступления чёрного дня.

В любом случае, ситуация в маленькой системе – в семье трудового мигранта – более или менее улучшается, члены этой маленькой системы могут позволить себе потребить больше жизненно важных ресурсов больше, чем они смогли бы без этого. То есть, не увеличивая количества труда, полезного для семьи или для общества, члены семьи трудового мигранта начинают жить значительно лучше, чем до того.

Если система совсем маленькая, в предельном случае это глухой хутор, имеющий крайне ограниченное сообщение с остальными населёнными пунктами, пересылаемые трудовыми мигрантами деньги будут иметь минимальное значение на изменение качества и уровня жизни его обитателей. На самом хуторе деньги можно только хранить под матрасом и постепенно тратить во время редких поездок в ближайший крупный населённый пункт.

В более крупных системах присылаемые деньги оказывают гораздо большее положительное влияние на жизнь семьи трудового эмигранта. Члены этой семьи получают возможность лучше питаться, одеваться, отдыхать, покупать бытовую технику, получать образование (или покупать дипломы), оплачивать вовремя коммунальные услуги. В выигрыше оказываются и находящиеся в пределах досягаемости торговые заведения, у которых появляются клиенты с повышенной покупательной способностью, а соответственно увеличивается количество продаж. Соответственно, улучшение жизни наступает у членов семьи трудовых мигрантов, а также у торговых работников, работников сферы обслуживания и членов их семей. Поступления в государственную казну также растут, ведь при каждой покупке любого товара в казну попадает как минимум налог на добавленную стоимость. После каждой операции купли-продажи деньги неизбежно продолжают обращаться (продавец, например, после продажи товара должен купить снова такой-же, а полученную прибыль он тратит на покупку товаров и услуг для себя) при ставке НДС 20% после пяти циклов оборота денег все присланные денежки до последней копеечки оказываются в «закромах родины», в государственной казне, где используются для финансирования государственных чиновников и бюджетных работников, врачей и учителей. Пока, на этом уровне, мы наблюдаем только положительный эффект от пересылки денег.

J Анекдот в тему:

Отдалась работе! Думала – за деньги, но когда получила зарплату, поняла, что по любви.

А вот на более высоком уровне, на уровне государства в целом, ситуация уже не такая благостная. Пересылаемые трудовыми мигрантами деньги, если это происходит в больших масштабах, одновременно порождают несколько процессов.

Семьи их, получающие эти деньги улучшают уровень своей жизни, её качество. Обслуживающий сектор также процветает. Уменьшается давление на рынок труда, количество безработных сокращается. Сокращается физически – безработные частично  уезжают из страны.

Экономика в целом начинает работать с заметным перекосом. Промышленное производство сокращается. Модернизация экономики практически не производится, поскольку нет ни желания, ни особого смысла конкурировать с потоками импортных потребительских товаров. Сельскохозяйственное производство также уменьшается, хотя и в меньшей степени. Организации, поставляющие импортные товары для потребления процветают. Торговля и сфера обслуживания благоденствуют. Высшее образование переживает интересный процесс: возрастает количество студентов высшей школы, ведь дети трудовых мигрантов могут себе позволить платное обучение, но эти студенты в массе своей не заинтересованы кровно в получении действительно качественного образования, жизненно необходимого в дальнейшей жизни, и не видят связи своего будущего материального благополучия с образованием. Качество высшего образования значительно сокращается, этот процесс становится необратимым, поскольку требуется всё больше и больше преподавателей для обеспечения функционирование ВУЗов, и брать их можно только из своих же выпускников, уровень подготовки которых постоянно снижается. Медицина переходит на платные формы и ориентируется только на выкачку денег из пациентов. Неплатёжеспособные пациенты обречены на физическое вымирание. Налоговые структуры активно выкачивают средства на всех этапах обращения денег в виде налогов в бюджет. Полиция и спецслужбы активно финансируются из бюджета. Армия финансируется по остаточному принципу. Из страны в неявной форме вывозятся природные ресурсы и реальные активы – оборот денег ведь на всех этапах обеспечивает иностранная валюта, поступающая из-за рубежа, посылаемая трудовыми мигрантами, а поступление валюты в страну, как мы знаем, возможно лишь в обмен на конкретные ресурсы, поставляемые назад. В целом идёт медленная деградация общества, которая может длиться сколь угодно долго, пока не будут съедены окончательно все ресурсы страны. Это означает, что массовая трудовая миграция с массовой же пересылкой заработанных денег не устраняет причин кризиса, не выводит страну из этого кризиса. Она переводит процесс агонии государства и экономики в длительную, хроническую стадию. Спасает экономику от быстрой смерти, но не делает её здоровой.

Для понимания условности денег в современных условиях рассмотрим пример с изменением курса валют в день на 0,1%. Это минимальное ежедневное изменение курса валют. Кто не верит – полюбопытствуйте про систему FOREX, информация вполне открытая. В течение дня таких изменений происходит несколько. Как в сторону повышения, так и в сторону уменьшения.

Годовой ВВП Евросоюза около 16 триллионов в долларах США ($16.000.000.000.000).
В день: 16 трлн/365= 44 миллиарда.
0,1% от дневной суммы: 44.000.000.000/1000= 44.000.000 (сорок четыре миллиона североамериканских купоно-карбованцев).
Что может стоить таких денег:
– около 4 тысяч новых легковых автомобилей;
– 400 комфортабельных коттеджей со всеми удобствами;
– один авиалайнер Boeing 737, способный перевозить более ста пассажиров;
– сто тысяч новых норковых шуб и т.д..

Значит, если мы за чашечкой кофе смотрим утренние новости, и диктор нам сообщает, что сегодня курс евро к доллару на 8.00 утра упал на 0,1%, то логично сразу за этим услышать новость типа: «сегодня ночью огнём уничтожен склад автоконцерна ХХХ, сгорело более четырёх тысяч новых машин», или «землетрясением полностью уничтожен крупный посёлок YYY, четыреста коттеджей сметены с лица земли», или «при заходе на посадку упал и сгорел лайнер компании ZZZ», или «стая редкой заморской моли атаковала бутики Милана и в течение часа съела все шубы, приготовленные для сегодняшнего показа мод, несколько дивизий манекенщиц обречены на смерть от холода». Ещё более логично было бы услышать новости в обратной последовательности: что-то произошло, вроде как  с неба упал золотой метеорит весом в две тонны, золото-валютные запасы Нацбанка той страны, на которую упал метеорит увеличились, и именно из-за этого курс валют изменился.

Если бы курс валют реально отражал бы материальные ценности, находящиеся в системе, в государстве или в группе государств, то только так, и никак иначе, и могло бы происходить изменение курсов. В случае маленькой системы – отдельного человека или семьи – так и происходит. Например, человек сломал карандаш, или разбил машину, или порвал куртку, всё ясно, объективно его материальное состояние уменьшилось, и необходимо теперь тратить деньги, чтобы компенсировать потери.

Крестьяне не умеют нормально обращаться с деньгами и не понимают полностью смысл и функции денег. Всегда, с самого момента появления крестьянства, денежное обращение в крестьянской среде было сведено к минимуму. Крестьянство изначально относилось к податному сословию, но подати и налоги оплачивались практически всегда в натуральной форме. Крестьянский менталитет позволяет видеть в деньгах только одну функцию, функцию накопления и сохранения богатства. Но в современных условиях именно эта функция денег практически не работает. Если в средние века крестьянин каким-либо способом вступил в обладание несколькими монетами, то он точно знал, что сегодня, или завтра, или через год, через двадцать лет, он сможет купить корову, двух коз и три пары сапог. Он также мог оставить эти деньги своему сыну, а тот своему, и через сто лет всё равно на эти деньги можно будет купить то-же самое и в тех-же количествах. Денег крестьянин в своей жизни видел очень мало, поэтому ценность их была для него высочайшей. А вот в современных условиях деньги совершенно не привязаны ни к каким материальным ценностям, не обеспечены вообще ничем, превратились в информацию о потенциальной покупательной способности.

Но инфляция в год съедает 5-7% покупательной стоимости любой, даже самой устойчивой, современной валюты. Простой пример: с момента введения в Европе 2002-м году новой валюты, евро, его реальная покупательная способность уменьшилась в два раза за десять лет. В переводе на понятный всем язык: многие из наших людей, кто всё это время работал на «день и ночь», получал зарплату, не тратил ничего, и складывал деньги в копилку тут в Италии, или отсылал домой и там эти деньги откладывались и не тратились. Таких людей очень много. Так вот, в реальности половину этого срока они работали фактически бесплатно, ведь половину заработанных денег съела инфляция. Пять лет работы бесплатно в чужой стране в чужой семье в унизительном для человеческого достоинства социальном статусе прислуги. Пять лет бесплатного труда из десяти – явный показатель неумения распоряжаться собственными деньгами, своим трудом и своим временем. Даже если наступает «чёрный день», половина отложенных на него денег уже бездарно потеряна.

J Анекдот в тему:

– Нашли дурака! – С ехидной улыбкой ответил Буратино Лисе Алисе и Коту Базилио на их предложение закопать денежки в поле чудес и вырастить денежное дерево. – Я лучше положу денежки под 1000% годовых в МММ и буду спать спокойно.

Следует внести небольшое уточнение: есть разница в отношении к деньгам у выходцев их государственных крестьян и из дворовых. Дворовый крестьянин склонен всё же легче и более осмысленно тратить заработанные деньги,  так как он видел в имении своего барина, что деньги можно не только спрятать в кубышку, но и купить на них полезные и красивые вещи.

Крестьянский менталитет хорошо подсказывает, как и где можно заработать. Но вот что дальше с этими деньгами делать, для носителя крестьянского менталитета – неразрешимая загадка. Ну не умеет он обращаться с деньгами, не знает как, хотя внутренне он свято убеждён, что умеет правильно использовать деньги, только вот денег ему всегда достаётся незаслуженно мало. В семье его этому не научили, и научить не могли. Ни родители его, ни деды, ни прадеды, ни прапрадеды не имели достаточно денег, и не умели их использовать. Самый простой, естественный способ применения денег для крестьянина – положить их в кубышку, закопать, и ждать «чёрный день».

Во всех сказках всех народов мира крестьянин способен обмануть любого, даже чёрта, если речь идёт о деньгах. Но в дальнейшем тот-же крестьянин эти деньги неизбежно теряет, так как рядом неизбежно появляются люди, которые, как выражался О.Генри, каждый доллар в чужом кармане воспринимают как личное для себя оскорбление.